Башкирия, туризм: станет ли Бэлешфест нашим Октоберфестом

На проведение гастрономического фестиваля Бэлешфест в Буздякском районе Башкирии Фонд президентских грантов выделил 471,8 тыс. руб. В празднике приняло участие около 2 тыс. человек

В Башкирии начался туристический сезон, результаты которого окончательно прояснят, насколько оправдывает себя ставка на событийный, гастрономический и этнический туризм. Прошедший 19 мая Фестиваль национальной кухни Бэлешфест, на котором побывал корреспондент ИА REGNUM, показал, насколько готова Башкирия к организации событий, куда можно пригласить жителей из других регионов России и зарубежных туристов.

Немного цифр и дат для начала

Разговоры о развитии событийного и этнического туризма в Башкирии ведутся с давних, ещё «дохамитовских» времен, особая интенсивность обсуждения туртемы возникла после приватизации республиканской нефтянки в 2009 году, когда стал очевидным пренеприятнейший факт: денег в республиканскую казну после продажи местного ТЭК будет поступать гораздо меньше, счет идет на десятки миллиардов рублей, а посему необходимо выискивать другие пути пополнения бюджета, и въездной туризм поможет спасти положение. Вершиной словесного креатива стал проект города-курорта Усмангали, презентованный в 2009 году. Скептически настроенные уфимцы сравнивали Усмангали с Нью-Васюками и в чём-то оказались правы — должного развития проект не получил.

В 2017 году объем инвестиций в республику по сравнению с показателями 2016 года сократился почти на 30%, упав с 360 до 260 млрд руб., обращения к теме туризма со стороны властей и экспертов зазвучали с небывалой настойчивостью, произошло и небольшое смещение акцентов. Возлагать серьезные надежды на внутренний туризм, на местных туристов, пока не приходится. Те жители республики, что побогаче, предпочитают туры в Турцию, Египет, Южную Азию, а те, что победнее, по причине экономии зачастую выбирают «серый туризм» — ездят в туры по Башкирии на частных микроавтобусах с гидами-«нелегалами», ночуют в палатках или частных домиках, и налог с таких путешественников в бюджет почти не поступает. Социальный туризм и оздоровление трудящихся в местных здравницах за бюджетный счет позволяет содержать эти здравницы относительно заполненными, но проблему пополнения республиканской казны не решает. Остается надеяться на заезжих туристов.

Уфа — ворота Башкирии. А дальше куда?

Для многих приезжающих Башкирия начинается с Уфы. Некоторые условия к привлечению туристов имеются. В Уфе есть несколько отелей международного класса, построенных к проведенным в 2015 году саммитам ШОС и БРИКС. В дни проведения разного рода симпозиумов и конференций отели набиты постояльцами, а в остальное время их заполняемость невелика. Можно считать, что в Уфе есть где разместить туристов, остается лишь такая малость, как решить, что именно показывать туристам. Но вот тут возникает заминка — почти нечего искушенному зрителю в столице Башкирии показывать.

Нельзя сказать, что в Уфе совсем уж нечего посмотреть, иные российские искусствоведы восторгаются сохранившимся деревянным зодчеством Уфы, в городе есть ряд достойных музеев, при желании можно проложить интересный пешеходный маршрут, но этого, увы, мало. Историческое и культурное наследие губернской Уфы с ее особнячками и собранием картин всемирно известного российского художника Михаила Нестерова уникально, но несколько «камерно». В хорошем темпе Уфу можно осмотреть за полтора дня, а что дальше?

Дальше мог бы подключиться событийный туризм в ближних и дальних окрестностях Уфы. Строить комфортабельные гостиницы в непосредственной близи к организуемым событиям на данном этапе более чем накладно, а располагаться в местных избах и юртах «без удобств» готовы далеко не все любители экзотики. Наиболее приемлем, на мой взгляд, вариант радиального туризма — путешественники ночуют в уютных уфимских гостиницах, а днем выезжают по маршрутам. Природа в Башкирии великолепна, но даже самая красивая скала или озеро не столь привлекательны без соответствующей инфраструктуры. Полюбовавшись на озеро, турист захочет и чашку кофе испить, и туалет посетить, а с этим в Башкирии пока не везде хорошо. Да, местный турист рад и рукомойнику, прибитому к деревянному столбу, но мы же говорим об инвестициях и серьезном бизнесе, не так ли?

Историко-культурные центры (ИКЦ) — вот что может стать якорными площадками для привлечения туристов. Один из них я и посетила 19 мая в ходе поездки на фестиваль национальной кухни «Бэлешфест».

Буздяк как потенциальная туристическая Мекка

В Буздяк я ехала с одной целью — составить представление, насколько этот праздник может быть интересен для российских и иностранных туристов и насколько Буздякский район готов к приему заезжих гостей. Идеологическая составляющая меня интересовала в меньшей степени. Уже прочитав программу фестиваля, можно было не сомневаться, что на выходе мы получим межнациональный праздник, посвященный укреплению семейных ценностей. Однако сколько у нас хороших, добрых, бесплатных для посетителей праздников, на которые в силу объективных и субъективных причин проблематично собрать даже местное население, не говоря уже о гостях издалека. Забегая вперед, должна признать: да, безусловно, фестиваль может быть интересен; да, район во многом готов к развертыванию индустрии гостеприимства. Однако имеется ряд моментов, над которыми нужно еще работать.

Идея гастрономического фестиваля национальных кухонь этносов, издавна населяющих территории современной Башкирии, замечательна уже тем, что она не привязана к каким-либо календарным датам. Праздник славянской культуры и письменности, проводимый многие годы в селе Николо-Березовка Краснокамского района Башкирии, можно проводить только в конце мая, резиденцию Деда Мороза можно посещать лишь с декабря по январь включительно, фестивали «Бирское яблоко» и «Крещенские морозы», прославившие бывший уездный город Бирск, — во время плодоношения яблонь и в разгар холодов, соответственно. Буздякский пирог бэлеш вкусен в любое время года, и фестиваль можно проводить, когда удобно.

Изобретать ничего принципиально нового тоже не приходится — все мероприятия, связанные и не связанные с этничностью, в республике проводятся примерно на один лад. Площадь праздника разбивается на несколько зон: артистическую, на ней расположена сцена для выступления самодеятельных и профессиональных артистов, а также и места для зрителей; этническую, в которой разбиваются импровизированные всевозможные юрты, избы, хаты и дома, в этих строениях и рядом с ними одетые в национальные костюмы жители различных населенных пунктов представляют национальную кухню, предметы быта, поделки; и зону мастеров — там верховодят продавцы изделий народных промыслов и мастера, собственноручно производящие товары с этническим колоритом. На некоторых праздниках присутствуют и другие площадки — шатры с едой, палатки и столики редакций местных и федеральных СМИ, предлагающие оформить льготную подписку, столы с детскими поделками и точки, представляющие разного рода организации и учреждения. На сабантуях и некоторых других праздниках есть также игровые и спортивные площадки.

Программа праздников примерно одинакова: до появления гостей зрители бродят между палаток, приезжают высокие гости, начинается обход высокими гостями юрт и избушек, где гостей потчуют и развлекают, далее начинается концерт или соревнования, игры и ристалища, в завершении подводятся итоги и награждаются отличившиеся. Совершенно неважно, каков этнический состав населенного пункта, рядом с которым проводится действо, — башкиры, русские и татары должны быть представлены в любом случае, почти всегда представлены чуваши, марийцы, мордва и удмурты, то есть большинство этносов, представители которых могут с полным правом считать себя на земле Башкирии «коренными». В отдельных районах представлены и другие национальности — украинцы, белорусы, немцы.

Буздяк в качестве фестивальной площадки был выбран не случайно. По словам одной из местных жительниц, праздник бэлеша, большого пирога с картошкой, мясом и луком, проводится здесь в четвертый раз. Подобные пироги пекутся по всей Башкирии, но буздякский многими считается самым вкусным. Словосочетание «буздякский бэлеш» можно считать устойчивым, своеобразный бренд «буздякский бэлеш» уже сложился.

Есть и вторая причина — в Буздяке располагается единственный на всю Башкирию татарский ИКЦ (по итогам ВПН-2010 татар в РБ — 1 млн 9 тыс. 295 чел. или 25,4% от всей численности населения). Буздякский район обладает рядом достопримечательностей, одна из них — памятник истории Килимовский дворец, построенный в XIX веке. Посещение величественного дворца наряду с другими достопримечательностями района впоследствии, возможно, могло бы войти в расширенную программу праздника.

Кроме того, Буздяк расположен относительно недалеко от Уфы, за один день можно посетить и сам Буздяк, и Килимовский дворец, и озеро с рыбалкой у башкирской деревни Канлы-Туркеево, и считающийся священным родник, а любители истории могут взглянуть на сельское кладбище, где покоится прах героя Первой мировой войны, командира 166-го пехотного Ровенского полка Равиля Сыртланова. Сам маршрут разработан, проведены пробные экскурсии, отзывы только положительные.

Картинки с праздника

Итак, Бэлешфест в Буздяке. Место проведения — Красная площадь, именно так называется площадка между районной администрацией и районным Домом культуры. Среди именитых гостей — депутат Госдумы РФ, председатель комитета ГД по делам национальностей Ильдар Гильмутдинов, депутат Госдумы РФ и председатель Ассамблеи народов РБ Зугура Рахматуллина, депутат Госсобрания РБ, председатель Совета национально-культурной автономии татар Башкирии Римма Утяшева.

Всё как всегда — официальное начало, церемониальный обход юрт, концерт, конкурсы, подведение итогов, продолжение концерта. Но есть во всём некоторая искренность и пронзительность, которая превращает официоз в народное действо. Быть может, дело в том, кто в юртах и избах. Организаторы не поленились и обеспечили приезд обычных сельских жителей из более чем десяти районов Башкирии и села Каргалы Оренбургской области, а те, в свою очередь, представили действительно народную кухню, которую пока еще готовят в отдельных семьях.

Стол и импровизированный домик удмуртов в самом конце ряда изб-юрт, здесь посетителей немного, можно многое обсудить, пощупать монеты времен Российской империи, из которых состоят национальные украшения удмурток, подробнее рассмотреть блюда и даже некоторые попробовать. Я вижу запеченные в печи куриные яйца, вид у них на фоне огромных рыбин и эверестов чак-чака не самый презентабельный. Но в этом вся суть — сюда привезли не самое красивое, но самое подлинное.

«Это одна бабушка настояла, и мы взяли их из уважения к старшим. Может, выглядят они не очень, но пусть они тут будут, ведь так действительно когда-то готовили», — объясняет мне жительница удмуртской деревни Татышлинского района.

Я вдруг вспоминаю свою ныне покойную бабушку, уроженку станицы Першинской Оренбургского казачьего войска. Бабушка говорила, что печеные яйца гораздо вкуснее вареных, но нам, ее уфимским внукам, этого уже не понять.

Мне отрезают половинку вареника с начинкой из травы борщевика, и я мысленно представляю — деревня, и не обязательно удмуртская, весна, картошка в погребе закончилась, а семью кормить нужно, и в ход идут съедобные травы. Будут ли готовить такие вареники в этой семье через пятьдесят лет? На вкус, должна признаться, вполне и вполне приятно.

Я видела здесь то, чего не найти в самых изысканных ресторанах. На разных столах красовались кисель цвета топленого молока с плавающими в нем красно-оранжевыми ягодами калины, блюдо «медвежьи лапки» из нескольких сортов мяса, чугунок с «яичной кашей», пироги и пирожки всевозможных форм, шаньги, ватрушки; тонкие, как лист бумаги, блины и пышные блинчики, разноцветные от зелени и моркови бульоны, несколько видов молочных напитков и козьего молока, компоты всех цветов радуги и многое, многое другое — то, чему названия не знаю.

Всё смешалось на этом фестивале: бабушки-удмуртки пели на татарском, девушки в башкирских костюмах зажигали под русскую плясовую, голубоглазая блондинка примеряла белую лохматую папаху, которую ей галантно предложил высокий студент из Туркмении. Языкового барьера не было. На этом фестивале я не встретила ни одного человека, не говорящего на русском, и ни одного русскоязычного, не знающего хотя бы несколько тюркских слов.

«В нашем Буздякском районе никогда не будет погромов и драк из-за национальных поводов», — с наивной, но твердой гордостью отметила одна из участниц фестиваля.

А как же гвоздь программы, бэлеш? В одном из домиков, кажется, чувашском, мне дали попробовать этот пирог, испеченной жительницей Буздяка. Ели его по народной традиции, сначала снимали верхнюю корочку, затем ложкой по тарелкам раскладывали начинку, и в качестве самого вкусного делили на всех пропитанную соком нижнюю. корочку. Это не просто вкусно, это очень вкусно. Это то, ради чего стоит приехать.

Послевкусие

Эмоции эмоциями, а финансы финансами. В фестивале приняли участие более 50 организаций и индивидуальных предпринимателей, все ли из них получили ожидаемую выручку? У всех по-разному. Большой успех имели небольшие, размером с консервную банку, женские тюбетейки, их охотно покупали и тут же прикрепляли заколками к голове. Этот товар, что называется, выстрелил. Не столь охотно покупали изделия из камня и дерева, некоторые виды игрушек и отдельные продовольственные товары. Однако пример тюбетеечек доказывает: если вдумчиво подобрать товар, коммерческий успех возможен.

Свои немудреные, но с любовью оформленные изделия предлагали родители детей, посещающих местный реабилитационный центр инвалидов. Как я поняла, собирались средства на что-то благотворительное. Предлагали столь застенчиво, что мало что из предлагаемого нашло покупателей. Возможно, если бы было сделано соответствующее объявление, покупателей было бы больше. Тем, кто может посчитать, что этой щемящей нотке не место среди грохота всеобщего веселья, должна сообщить следующее — как раз такие нотки и делают официальное мероприятие настоящим праздником, а заодно и отражают высокий уровень социальной адаптации семей с детьми-инвалидами.

Способен ли окупить фестиваль сам себя, способен ли он стать успешным коммерческим проектом? Станет ли Бэлешфест аналогом немецкого Октоберфеста? Все фестивальное великолепие Бэлешфеста в 2018 году обусловлено тем, что Фонд президентских грантов выделил на его проведение 471,8 тыс. руб., к этому добавлено 200 тыс. руб. софинансирования. Гранты, однако, каждый год не даются.

По официальным данным, праздник посетило 2 тыс. человек. Посетили бы все они этот праздник, если бы за вход нужно было платить? Вряд ли. Для сравнения, стоимость входного билета на фестиваль «Арзамасский гусь», по данным агентства Турстат, составляет 250 рублей. Фестиваль в Арзамасе ежегодно посещают 10 тыс. человек. Некоторые фестивали обходятся и без входных билетов, у них, как правило, есть спонсоры. Есть на что ориентироваться, есть куда стремиться.

На перепутье

После успешного проведения праздника в формате межрегионального мероприятия организаторам придется определяться, чего они хотят и к чему стремятся. Или праздник живет в виде более скромного межрайонного мероприятия, или выходит на межрегиональный, а затем и на общефедеральный и даже международный уровень. Плюсы и минусы есть в обоих вариантах.

Межрайонный вариант хорош тем, что он более «душевен», малозатратен, он исподволь способствует решению локальных задач, укрепляет связи на внутрирайонном и межрайонном уровне и даёт полную возможность проводить его так, как удобно его организаторам и жителям района. Подстраиваться нужно лишь под районное начальство, в остальном — полная свобода. Примерно так в Башкирии проводятся районные сабантуи. Минус, собственно, всего один — в таком виде этот фестиваль никогда не принесет серьезной коммерческой прибыли самому району. Привезенные из Уфы обучающиеся в ней заграничные студенты могут придать такому мероприятию статус международного, но уровень организации от этого не изменится. Этот вариант вполне приемлем и, возможно, более востребован.

Более раскрученный вариант имеет множество минусов и единственный плюс — он приносит деньги и способствует улучшению инвестиционного климата как в районе, так и в республике. Но чтобы выйти на этот уровень, придется смириться с рядом издержек. Непосредственным участникам фестиваля придется ломать себя и свои представления о том, что они должны делать. И прежде всего нужно научиться воспринимать критику как руководство к действию, а не как личное оскорбление и гнусную попытку очернить безупречное мероприятие.

Для районного мероприятия отсутствие достаточного количества скамеек не является существенным недостатком, как и закрытый во время проведения фестиваля местный музей, как и сосредоточение всего действа на небольшом пространстве. Для мероприятия, претендующего на статус федерального, эти шероховатости желательно устранить, и всё это решаемо. Даже скученность площадок можно разбавить, предложив автомобильную поездку в то же Килимово или пешеходную экскурсию по самому Буздяку. Как это в Буздяке нечего показывать? Посещение местной мечети, если его правильно обставить, может подарить незабываемые впечатления. А ведь в Буздяке еще есть и церковь, и занятные частные дома, должно быть что-то вроде парка. Конечно, над этим нужно работать, и путь уже прошли, например, в резиденции местного Деда Мороза в Удмуртии и том же Арзамасе. Некоторым организаторам, общающимся с посетителями, предстоит потрудиться и над собой, научиться задвигать на задний план свои пристрастия, доброжелательно отвечать на неуместные и неприятные вопросы, работать «до последнего клиента».

Что действительно нужно буздякцам, решат сами буздякцы.

Финальный штрих

Однако была и другая, общественная сторона мероприятия, которую не измерить никакими деньгами. Дети, привыкшие с младенчества к фастфуду, на фестивале вдруг узнали, что домашняя еда, приготовленная по рецептам бабушек и прабабушек, — это, оказывается, модно, вкусно и престижно, это круто. Пожилые лишний раз убедились, что их опыт востребован. Люди среднего возраста в очередной раз задумались о семейных ценностях и традициях.

«Бывает так, что городские татары на родном языке в семье говорят уже не так много, как хотелось бы Это, кстати, касается не только татар. Но бабушкины пироги на семейных праздниках, обычай пить по-своему чай и другие кухонные мелочи не дают забывать о своих корнях. Я приехал сюда за много километров всего на полчаса, чтобы вспомнить вкус детства, и ни о чём не жалею», — высказался один из посетителей.

Говорилось и о том, что Буздяк может стать своеобразным «культурно-гастрономическим» центром для татар, проживающих вне Татарии, — это около 3,3 млн из 5,3 млн татар России.

«Гастрономия — это мягкая сила любой национальной культуры. Проведение такого мероприятия, как Бэлешфест, без сомнения, способствует популяризации татарской культуры как в республике, так и за ее пределами», — уверен исполнительный директор евразийского центра «Самрау» Константин Сафронов.

Председатель комитета Госдумы по делам национальностей, председатель Совета федеральной национально-культурной автономии татар Ильдар Гильмутдинов подчеркнул важность уважения культуры и традиций соседей. «Только через уважение культуры друг друга можно развивать собственную культуру». На вопрос корреспондента ИА REGNUM, что ему понравилось на празднике больше всего, «главный татарин России» дал дипломатичный ответ:

«Трудно выделить что-то одно или кого-то одного. Подводить итоги и делать окончательные выводы пока рано, но уже сейчас можно сказать, что проведение фестиваля — общая победа».

Станет Буздяк и его Бэлешфест опорной точкой въездного туризма Башкирии или не станет, по большому счету, не так уж и важно. Гораздо важнее другое.

«В последние годы семья как институт, семейные ценности находятся в кризисном состоянии. Число разводов неуклонно растёт. В нашей республике каждая третья семья, имеющая детей, является неполной. Фестиваль Бэлешфест, проведенный в Год Семьи как символ уважения семейных традиций, может помочь укрепить эти ценности», — заключил этнолог Ильдар Габрафиков.